Моя подруга в Израиле удачно вышла замуж на 12 лет... за что-то сексуальное и волосатое.
Она филолог из Питера. В холодном Питере у неё ничего не складывалось: то она была слишком толстая, то слишком умная, то слишком независимая, то зарабатывает недостаточно, то — подозрительно много, то худая, то в отношения с мужчинами постоянно вклинивались Блок и Маяковский. В общем, замуж она категорически не бралась — максимум удовоетворялась и согревалась томиком стихов.
Израиль встретил ее жарой и тестостероном. Абсолютно все мужчины ей казались здесь равнозначно прекрасными! Со Шмуликом она познакомилась в минимаркете (маколете) в Бат-Яме, где он был хозяином. По её описанию, он заводил её сходством с неандертальцем и общей волосатостью. Плюс, по её словам, "он был почти француз".
Она с восторгом рассказывала, что его волосатость начинается с ложбинки на попе, когда он наклоняется что-то поднять и штаны предательски сползают (это, как выяснилось, фирменный израильский способ прельщения женщин), и оттуда волосатость распространяется по всему телу, и усугубляется даже не столько на голове, сколько именно на лице.
При этом Шмулик ****** не понимал русский, а она — иврит. Первые годы она с энтузиазмом сравнивала его со Славиком и радостно говорила: — Может, Шмулик меня газлайтит и шеймит как Славик... но я не понимаю — а значит, этого нет!
Из-за полной лингвистической несовместимости ей казалось, что он понимает её на каком-то духовном уровне — через третью чакру. Или пятую точку. И Они, по её словам, соединяются космическими потоками божественной энергии через ауру, и матку. Особенно по ночам.
Иногда Шмулик на неё орал. Но без словаря это звучало как эмоциональный саундтрек, и ответить она всё равно не могла. Так что конфликтов, по сути, не было — был просто фон. Хотя иногда она понимала родной, напоминающий питер - "кибенемат, биляди, мафия русит", но так как парировать не могла, относилась к этому как к ностальгии.
Чтобы впечатлить своего волосатого почти "француза", подруга с головой погрузилась в израильскую культуру. Поступила в Бар-Илан на магистратуру по ивриту и древнееврейской литературе, прошла курсы иудаизма, и получила PhD, защитив диссертацию на тему: "Арамейский субстрат в становлении иврита: историко-лингвистический анализ и его отражение в современной израильской литературе".
Где-то между магистратурой и докторской она начала подозревать, что зря выучила иврит.
Потому что оказалось, что Шмулик её не просто "энергетически направляет через пятую точку", а вполне конкретно словесно абьюзит, газлайтит, буллит и шеймит. Причём на очень хорошем, насыщенном иврите с французскими и русскими ругательствами .
Более того, выяснилось, что он вовсе не француз, а марокканец из Касабланки. И запал романизации неандертальца иссяк!
То есть сначала она ничего не понимала — и было хорошо.
Потом начала понимать — и стало также плохо как в Питере. Но в этом "потом" уже было трое детей, степень PhD, хроническая занятость, и времени разбираться особо не оставалось.
Так или иначе, за эти 12 лет (не без активного участия Шмулика) она: — родила троих прекрасных детей, выучила язык, освоила культуру, и построила новую карьеру.
Но окончательно эти отношения добило даже не всё вышеперечисленное, а тот факт, что Шмулик совершенно не знал стихов Авот Йешуруна и не понимал глубину поэзии Йехуды Амихая.
А это, как мы понимаем, уже не абьюз — это культурная катастрофа. Потому что интеллигента из Питера переселить можно, а Питер из интеллигента - нет!
И тут, не выдержала душа поэта и она уже развелась.
От отчаяния, что её ожидает одиночество, она, в память о всем французском, завела кота — лохматого, как три черта.
А потом вышла замуж второй раз — за Володю из Новосибирска, который к тому времени тоже эмигрировал в Израиль.
Слава богу, у Володи есть PhD по физике и мопс, который храпит и пердит без стыда и совести — что создаёт в доме ощущение стабильности и уюта. И у них нет языковых барьеров. Ни у Володи с мопсом, ни у подруги с Володей.
Живут они дружно.
Володя всё время в Технионе изобретает что-то вроде атомной или водородной бомбы, а она преподаёт ивритскую литературу в Бар-Илане.
Говорит — редко видятся.
И единственный, кто их обоих абьюзит и газлайтит — это кот.
Ещё она призналась, что если бы в молодости понимала всё, что говорят израильтяне, она бы никогда не вышла замуж и ничего бы не родила.
И с Володей она, кстати, тоже хотела один раз поругаться... но тут началась менопауза, силы закончились — и конфликт был официально отменён по состоянию организма из-за отсутствия сил, энергии и мотивации.
Из всего этого я делаю вывод:
один из лучших способов построить крепкие долгосрочные отношения, в отсутствии идеального партнёра, — это либо тотальное непонимание друг друга,
либо гормональные сбои, при которых максимум, на что хватает энергии — это лежать рядом, гладить кота и слушать, как мопс пердит в вечность.
© Karolin Gold March 26, 2026.