Весь мой мир вертелся вокруг неё. Каждое утро начиналось с её тихого дыхания рядом, с улыбки, которую она дарила мне ещё до того, как окончательно просыпалась. Я запоминал всё: как она морщит нос, когда смеётся, как заправляет прядь волос за ухо, когда задумывается, как шепчет моё имя, когда ей страшно или одиноко.
В какойто момент мир стал рушиться.
Всё началось с усталости она всё чаще говорила, что хочет отдохнуть, всё дольше задерживалась в постели по утрам. Я не придавал значения, списывал на стресс, на погоду, на что угодно только не на то, что оказалось правдой.
Она заболела.
Я был не готов к этому. Не готов видеть, как её глаза теряют блеск, как руки, которые так крепко держали меня в самые трудные минуты, становятся всё слабее. Не готов слышать, как врач говорит мне цифры и термины, от которых сжимается сердце, и как в конце добавляет тихое: Мы сделаем всё возможное.
Я был не готов к одиночеству даже когда она была рядом, я уже чувствовал, как она отдаляется. Не физически душой. Будто её тянет кудато за невидимую черту, а я остаюсь по эту сторону, цепляясь за последние мгновения, за последние слова, за последние прикосновения.
Я стал распадаться на части, разваливаться, как дряхлый старик, хотя мне было всего сорок пять. Мои переживания меня разрушали. Ходил по квартире, где всё напоминало о ней, и не узнавал себя в зеркале там стоял чужой, измождённый человек с потухшим взглядом.
Однажды она позвала меня к кровати и взяла за руку. Её пальцы едва ощутимо дрожали в моей ладони.
Не надо так, прошептала она. Я хочу, чтобы ты помнил меня счастливой. Помнил, как мы смеялись, как танцевали, как мечтали, любили.
Я сжал её руку сильнее, пытаясь передать ей хоть часть своей силы, но понимал это бесполезно. Она отпускала меня. Медленно, нежно, с любовью но отпускала.
Я буду рядом, сказал я, глотая слёзы. Всегда. Даже если ты не увидишь.
Она улыбнулась так, как умела только она. И закрыла глаза.
После её ухода я долго не мог заставить себя выйти из дома.
Слезы хлынули потоком, но вместе с ними пришло чтото ещё тепло. Она была права: наша любовь не закончилась с её уходом. Она стала частью меня, частью каждого вдоха, каждого рассвета, каждого шага вперёд.
Я вышел на улицу, поднял лицо к солнцу и впервые за долгое время глубоко вдохнул. Мир всё ещё казался хрупким, но теперь я знал: она хотела, чтобы я научился жить без неё и при этом никогда её не забывать.