- Не заставляй меня общаться с родителями !
— Я никуда не поеду, Алина! Слышишь? Ни-ку-да! Хватит меня выталкивать туда, где мне не рады! Не надо меня постоянно силком к родителям моим тащить!
Мы два брата. Лехе они отдали бабушкину квартиру. Лехе они помогли построить дом. Лехину семью они два года полностью содержали, пока он работу нормальную после переезда искал! А мне они что дали? Напутствие в жизнь? Сказали: "Ой, извини, Дениска, на Леху все потратили, на тебя не хватило"?
***
Алина стояла перед мужем в пальто, держа в руках красиво упакованную коробку с дорогим подарком.
— Денис, это юбилей твоего отца! Ему 60 лет! Мы договаривались еще неделю назад! Ехать всего два часа в соседний город. Машина заправлена, подарок куплен. Почему ты устраиваешь этот детский сад на ровном месте?
— На ровном месте? — Денис зло рассмеялся. — Мой отец три дня назад звонил Лехе, спрашивал, какую марку бетона ему заказать на фундамент нового дома. Полмиллиона ему на стройку отвалил! А меня он хоть раз спросил, как у нас дела с ремонтом в твоей квартире? Хоть раз поинтересовался, хватает ли нам денег на аренду, пока мы на съеме живем?
— Да мне плевать на их деньги, Денис! — Алина сделала шаг навстречу мужу, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Я сама отлично зарабатываю. Мои родители подарили мне эту квартиру еще в детстве, спасибо им, успели в конце девяностых от государства получить. Нам есть где жить! Мои родители помогают нам с ремонтом, они купят нам все, что нужно. И с ребенком пообещали сидеть, когда мы закончим эту мышиную возню с плиткой и обоями! Мне чужих денег не надо!
— Тебе не надо, а мне обидно! — выкрикнул Денис, его голос сорвался.
— Денис, я понимаю твою обиду, — тише сказала Алина, пытаясь успокоить мужа. — Но они твои родители. Других у тебя не будет. Если мы сейчас полностью оборвем общение, то когда у нас родится малыш, у него вообще не будет бабушки и дедушки с твоей стороны.
— А их и так не будет, Алина! — горько усмехнулся Денис. — Думаешь, они приедут нянчиться? Да они с Лехиными детьми без конца сидят, у них времени на нашего ребенка просто не останется. Свекры для тебя — просто строчка в свидетельстве о рождении. Они есть на бумаге, и все. На этом их участие заканчивается.
— Пожалуйста, давай съездим сегодня, — умоляюще попросила Алина, коснувшись его плеча. — Сделаем этот визит вежливости. Ради меня. Я не хочу чувствовать себя виноватой в том, что мой муж не общается со своей семьей.
Денис долго молчал, глядя на носки своих ботинок. Его плечи тяжело вздымались от глубокого, прерывистого дыхания.
— Ладно, — наконец глухо процедил он, вырывая ключи из рук жены. — Поехали. Но это последний раз, когда ты меня туда заставляешь ехать силой.
Накануне поездки Алина встретилась со своей мамой, Еленой Николаевной, в той самой пустой квартире, где вовсю шел ремонт. На полу лежали стопки ламината, стены были аккуратно оштукатурены, а в воздухе висела мелкая белая пыль от сухой шпаклевки. Елена Николаевна ходила по комнатам, придирчиво осматривая углы.
— Алинка, строители хорошо выровняли стены, — одобрительно сказала мама, похлопав ладонью по гладкой поверхности. — Твой отец завтра привезет клей для обоев и плитку в ванную. Мы договорились с Денисом, что он поможет ее разгрузить.
— Спасибо, мам, — Алина вздохнула, присаживаясь на чистую коробку из-под строительных инструментов. — Если бы не вы с папой, мы бы этот ремонт еще года три делали.
— Да ладно тебе, свои же люди, — отмахнулась Елена Николаевна, присаживаясь рядом. — Закончим ремонт, переедете сюда со съема, и можно будет о внуках подумать. Мы с папой уже и коляску присмотрели, и кроватку. Будем помогать, гулять, подменять тебя, когда на работу побежишь. Ты у нас девочка деловая, долго дома не просидишь.
— Мам, а свекры даже не звонят, — тихо призналась Алина, теребя пальцами край куртки. — Денис из-за этого совсем замкнулся. Я завтра буквально силой везу его к ним на юбилей отца. Он упирается, кричит, не хочет ехать.
— Тяжело ему, Алин, — вздохнула мама, погладив дочь по плечу. — Его можно понять. Когда родители так явно разделяют детей на любимого старшего и ненужного младшего, это оставляет глубокую рану на всю жизнь. Леше они все на блюдечке принесли, а Дениске пришлось самому пробиваться.
— Да мне не нужна их материальная помощь, мам! — горячо возразила Алина. — Мы сами хорошо зарабатываем. Мне просто обидно за Дениса. И хочется, чтобы у нас были нормальные семейные отношения. Чтобы мы приезжали в гости, пили чай, общались. Почему нельзя просто быть нормальной семьей?
— Потому что для этого нужно желание обеих сторон, — грустно улыбнулась Елена Николаевна. — Ты не можешь насильно заставить людей любить твоего мужа так же, как они любят Лешу. И Дениса ломать через колено не нужно. Если он не хочет туда ехать, значит, ему там действительно очень больно находиться. Ты подумай об этом, дочка.
Дорога до соседнего города заняла чуть меньше двух часов. Денис всю дорогу молчал, сосредоточенно вглядываясь в серую ленту шоссе. В салоне автомобиля играла тихая музыка, но она не могла разрядить повисшее напряжение.
Когда они вошли в просторную квартиру свекров, там уже вовсю шло застолье. За столом сидели Михаил Петрович, Анна Васильевна, старший брат Алексей со своей женой и детьми. При виде Дениса и Алины мать лишь сдержанно кивнула.
— О, явились наконец-то, — негромко произнесла Анна Васильевна, поправляя праздничную скатерть. — Проходите, садитесь вон туда, на край стола. Леша, подвинься немного, дай брату сесть.
— Привет, Денис, — небрежно бросил Алексей, не отрываясь от тарелки. — Как жизнь городская?
— Нормально, — коротко ответил Денис, усаживаясь на указанное место.
Алина протянула имениннику коробку с подарком.
— Михаил Петрович, с юбилеем вас! Здоровья вам крепкого, долгих лет жизни. Это от нас с Денисом.
— Спасибо, Алина, — буркнул свекор, откладывая коробку на комод даже не открывая. — Садитесь, кушайте. Мать тут салатов наготовила. Лешка, сынок, передай-ка отцу горячее.
За столом разговоры крутились исключительно вокруг Алексея и его грандиозных планов.
— Лешенька у нас такой молодец, — с гордостью говорила Анна Васильевна, преданно глядя на старшего сына. — Дом строит просто загляденье! Двухэтажный, с большой верандой. Отец ему помогает вовсю, мы вот недавно еще триста тысяч добавили на крышу, чтобы успели до дождей закрыть.
— Да, без родителей я бы не справился, — самодовольно улыбнулся Алексей. — Строительство сейчас безумно дорогое.
— Ну а как иначе? — свекор похлопал старшего сына по плечу. — Свои же люди. Надо помогать.
Денис молча ковырял вилкой в тарелке, его лицо казалось каменной маской. Алина видела, как на его шее бьется напряженная жилка. Ей стало невыносимо душно в этой комнате.
— А как ваши дела с ремонтом, Денис? — внезапно спросила жена Алексея, скорее из вежливости, чем из реального интереса. — Переехали уже в свою квартиру?
— Нет еще, делаем ремонт, — тихо ответила вместо мужа Алина. — Пока живем на съеме. Мои родители очень помогают, строителей наняли, плитку вот выбрали...
— Ой, ну вам-то грех жаловаться, — Анна Васильевна, мать Дениса, пренебрежительно махнула рукой. — У Дениски жена с приданым, родители богатые, квартиру подарили еще в детстве. Вам наша помощь и не нужна вовсе. Мы вот Лешеньке помогаем, потому что ему тяжелее всех приходится. А у вас и так все на блюдечке.
— Мама, мы на это блюдечко сами зарабатываем каждый день, — не выдержал Денис. Его голос прозвучал тихо, но в нем слышалась такая леденящая сталь, что за столом на секунду воцарилось молчание.
— Ну конечно, заработали они, — обиженно поджала губы Анна Васильевна. — Сразу видно, городские стали, заносчивые. Слово им не скажи. Отец, налей сыну штрафную, а то сидит тут с кислым лицом на юбилее, портит всем праздник.
— Не надо мне наливать, я за рулем, — Денис резко поднялся из-за стола. — Отец, с днем рождения тебя еще раз. Нам пора ехать.
— Денис, вы же только приехали! — всплеснула руками Алина, хотя в глубине души сама мечтала поскорее сбежать из этого дома.
— Мы уезжаем, Алина, — твердо повторил муж, направляясь в прихожую.
Они ехали обратно в полной темноте. Свет фар выхватывал из дорожного сумрака дорожные знаки и редкие деревья. Денис молча сжимал руль, его челюсти были крепко сжаты. Алина смотрела на его профиль, и ее сердце сжималось от острого чувства вины.
— Денис... — тихо позвала она.
Муж не ответил, лишь слегка повернул голову в ее сторону, давая понять, что слушает.
— Прости меня, — прошептала Алина, и слезы наконец покатились по ее щекам. — Прости меня, пожалуйста. Я была такой дурой.
Денис удивленно бросил на нее быстрый взгляд, а затем снова перевел глаза на дорогу.
— За что ты просишь прощения, Алина? — глухо спросил он. — Ты ведь хотела как лучше. Пыталась наладить семейные связи.
— Нет, я не понимала, — покачала головой она, вытирая слезы рукавом пальто. — Я судила по своей семье, где все любят друг друга и помогают просто так, потому что мы родные. Я думала, что все семьи должны быть такими. И я насильно тащила тебя в это пекло, заставляя раз за разом испытывать эту унизительную боль. Заставляла тебя чувствовать себя вторым сортом рядом с твоим братом на глазах у твоих же родителей. Это было так жестоко с моей стороны.
Денис долго молчал. Машина мягко шуршала шинами по мокрому асфальту. Наконец он глубоко вздохнул, и его плечи заметно расслабились. Он протянул правую руку и накрыл ею ладонь Алины.
— Спасибо тебе за эти слова, Алин... — тихо сказал он. — Мне действительно безумно больно там находиться. Каждый раз, когда я приезжаю, я словно снова становлюсь тем маленьким мальчиком, которому не хватило родительской любви и внимания. Они всегда смотрели только на Леху. Леха первый пошел, Леха первый сказал "мама", Леха поступил в институт... А я всегда был просто тенью. Обузой, на которую вечно не хватало сил и времени.
— Ты больше никогда туда не поедешь, если сам этого не захочешь, — твердо пообещала Алина, сжав его ладонь в ответ. — И я больше никогда не заставлю тебя делать это ради приличий. Наша семья — это мы с тобой. И наши будущие дети. Мои родители любят тебя как родного сына, они ценят твою помощь и заботу. Вот это наша настоящая семья. А свекры... пусть живут на своей волне. Мы не обязаны заслуживать их любовь деньгами или визитами вежливости.
— Я так боялся, что ты будешь презирать меня за это, — признался Денис, и в его голосе впервые за вечер послышались теплые, искренние нотки. — Думал, решишь, что я неблагодарный сын.
— Как я могу презирать тебя за то, что тебя ранили самые близкие люди? — Алина прижалась щекой к его плечу. — Я люблю тебя, Денис. И буду защищать тебя даже от твоих собственных родителей, если потребуется.
Они вернулись в свою съемную квартиру ближе к полуночи. В комнатах было тихо и спокойно. Денис обнял жену в прихожей, утыкаясь носом в ее волосы.
— Знаешь, Алин... мне сейчас так хорошо, — прошептал он. — Словно я наконец-то освободился от этого тяжелого груза. Мне больше не нужно пытаться доказать им, что я чего-то стою. Ты себе не представляешь, сколько сил я в свое время угробил на то, чтобы доказать родителям: я чего-то стою. А им на попытки мои было наплевать! Они и не замечали даже. У них ж Леха свет в окошке, он любимчик, умница, опора и надежда...
— Ты стоишь всего мира, Денис, — Алина ласково погладила его по щеке. — Милый, не надо больше никому ничего доказывать. Отныне будет так, как хочешь ты. Я теперь полностью на твоей стороне. Больше никаких попыток навязать тебе что-то против твоей воли! Пойдем пить чай. Завтра воскресенье, у нас впереди целый день, чтобы выбрать плитку для нашей новой ванной. Поедем по магазинам.
— Да, давай выберем самую красивую, — улыбнулся он. — И начнем планировать детскую. Я думаю, мы готовы к этому.
— Абсолютно готовы, — ответила Алина, зажигая свет на кухне.
***
Спустя два года Алина и Денис благополучно закончили ремонт и переехали в свою собственную светлую квартиру, где вскоре родился их первенец, маленький сын Максим. Родители Алины окружили внука и зятя искренней любовью и заботой, а со своими Денис так и не возобновил общение.
Житейские истории
Канал в Дзене