25 сентября 1930 года
Мой дорогой "читатель"!
С благодарностью получила Ваше письмо от 20 сентября и спешу ответить. Рада узнать, что Вы благополучно прибыли в пункт "Дубрава" и что условия "учебного процесса" Вас удовлетворяют.
Ваше "учебное пособие" действительно оказалось кстати — я рада, что моя забота о Вас в дороге не была напрасной. "Закладка" — да, она сохранна, и я счастлива, что она служит Вам напоминанием о нашем "незавершённом уроке". Поверьте, для меня этот "урок" — тоже не завершён, и я буду ждать того дня, когда мы сможем продолжить его вместе, за тем же столом, под той же лампой.
Погода у нас стоит осенняя, прохладная, но я стараюсь не обращать внимания на холода — тем более что "библиотечные окна" у Вас выходят на тихий двор, и это, несомненно, помогает сосредоточиться. Рада, что "книги", выданные Вам для изучения, оказались именно теми, которых Вы ждали. Я уверена: Вы справитесь с ними блестяще, как справляетесь со всем, за что берётесь.
Что касается "сроков сдачи экзамена" — не беспокойтесь, я буду ждать столько, сколько потребуется. "Руководство учебного процесса" может определять расписание как угодно, но я знаю: Вы — человек слова, и Вы вернётесь в "городскую библиотеку" ровно тогда, когда это будет возможно. А я буду здесь — на том же месте, за тем же столом, с той же "закладкой" в книге.
Передам Ваше уважение "Анне Павловне" — она была тронута Вашими словами и просила передать, что "пирожки" всегда к Вашим услугам, когда бы Вы ни вернулись. Она, как и я, верит в Ваше скорейшее возвращение и нисколько не сомневается в успехе Вашего "учебного процесса".
Мои "занятия в библиотеке" идут успешно, ничто не омрачает моего "учебного процесса", если не считать того, что я иногда захожу в "читальный зал" — тот самый, где мы с Вами проводили столько времени, — и сижу там одна, перечитывая старые "тома стихов". Особенно те, что Вы мне дарили. Особенно те строки, где говорится о "возвращении к источнику".
И знаете, мой дорогой "читатель", — я поняла Ваше письмо. Каждую строку. Каждое слово. Каждую "учебную метафору". Я прочитала между строк то, что Вы не имели права написать прямо. И я почувствовала — да, почувствовала сердцем, — что за каждым "учебным пособием", за каждой "книгой", за каждым "экзаменом" стоите Вы. Живой, настоящий, думающий о мне.
И это — это даёт мне силы. Это согревает меня в холодные утра. Это утешает меня в минуты, когда ожидание становится слишком тяжёлым.
Я жду, Саша. Слышите? Я жду.
Не знаю, когда Вы вернётесь. Не знаю, сколько ещё продлится Ваш "учебный процесс". Но я знаю одно: я буду ждать. Столько, сколько потребуется. Хоть месяц. Хоть полгода. Хоть год.
Потому что ждать Вас — это тоже любить Вас.
Берегите себя. Ешьте вовремя. Не простужайтесь. И помните: "закладка" — она не просто напоминание. Она — обещание. Моё обещание ждать Вас. И Ваше обещание вернуться.
До скорой встречи, мой дорогой. До того дня, когда мы снова сядем за тот же стол, под той же лампой, и продолжим наш "незавершённый урок".
Ваша "библиотекарша"
Екатерина
P. S. "Том стихов", который Вы взяли с собой, — перечитывайте его чаще. Особенно те страницы, где заложены засушенные цветы. Я заложила туда несколько астр — тех самых, что Вы принесли мне в день нашей встречи у фонтана. Пусть они напоминают Вам о том дне, когда всё началось. О том дне, когда мы снова стали — мы.