Дети пустых квартир
Родители у Юли были, что называется, без тормозов. Непостоянные, неуправляемые и не очень-то ответственные. Могли уйти в загул на неделю, когда гости тусовались у них с утра до поздней ночи, а дома из еды было только то, что крепче 40. Могли уехать на озера или в приключение по горам, оставив Юле немного денег и напутствие не затопи соседей. А Юле было 8 лет. Она из готовой еды умела стряпать только магазинные пельмени.
Зато - свобода! Полная, неограниченная свобода. Родители никогда не интересовались, с кем она дружит, куда ходит гулять, почему прогуливает школу, и за что их опять вызывают к заучу. Они туда все равно не пойдут. Школа - это ответственность ребенка, чего прицепились к родителям?
Потому к одиннадцати годам Юля уже неплохо освоилась в дворовой иерархии и даже сколотила небольшую банду из таких же детей, за которыми некому было присмотреть.
У Лизы из родственников была одна восьмидесятилетняя бабушка, только чудом девочка не попала в детский дом. У Кости родители были, но пили так, что не помнили, есть у них сын или нет. У Маши - старшая сестра, на которую ее оставляли лет с трех, а сами мотались по всей стране в поисках заработков. Редко это заканчивалось чем-то хорошим. Ну, и другие ребята с похожей судьбой. Предоставленные сами себе.
- Даня идет! - запыхавшись, прибежала Лиза, опередив незадачливого соседа на минуту-другую.
- Доставай!
Все достали бутылки с водой и приготовились.
Пока Даня короткими перебежками добирался до подъезда, его заметили и облили с ног до головы столько раз, что он весь, включая дорогущий рюкзак, промок насквозь.
По ступенькам в подъезде он бежал со слезами.
Ребята от души веселились.
- В следующий раз что-нибудь новенькое придумаем! - крикнула Юля.
Она основатель этой компании, и она же главная заводила. А Даня - тихий, домашний мальчик, которого до четвертого класса в школу за пятьсот метров водили то мама, то папа, то няня.
Вообще во дворе было много домашних детей, выходивших гулять строго до темноты. Но Даня компанию Юли особенно раздражал.
- Нытик, - сказала Юля, - Маме, наверное, побежал жаловаться.
- Не посмеет. Он знает, что тогда случится, - многообещающе ответил Макс.
Ничего криминального, однако, не случалось. Даню дразнили, пугали, забрасывали снежками, но не трогали. Но Максим всегда обещал, что еще чуть-чуть, вот-вот - и он допросится.
Чем Даня провинился? Ничем.
Разошлись ребята уже ночью. Лизу бабушка пробовала загнать домой раньше, но та не слушалась. Всех остальных дома не ждали.
Юля поднялась к себе, открыла дверь своим ключом и, замерев на секунду на пороге, пыталась представить, каково это - когда приходишь, а там родители с бабушкой собрались у телевизора, ужин стынет, кошка под ногами путается. На тебя будут ругаться, что пришла поздно, потому что они переживали, но ей такое не светит. Даже когда родители дома, у них таких вечеров не бывает.
Но сейчас их нет.
Уехали к друзьям - не жди.
Юля выглянула в окно - прямо напротив ее окон был дом, где живет Даня, и она всегда прекрасно видела его квартиру - большую и чистую, с красивым ремонтом, у них всегда было так тепло Наверное, за это Юля и устроила ему такую месть от их компании.
Она повключала везде свет, будто не одна дома, и уселась за старенький компьютер.
Утром, перед школой, забежала опухшая мамина подруга - посочувствовала, повздыхала, как же можно ребенка одного оставлять, передала продукты и умчалась в свою веселую жизнь.
А Юля подумала-подумала и решила, что в школу сегодня не пойдет.
***
- Классный рюкзак. Дашь посмотреть? - привязался Максим к Дане, когда они опять всей компанией сидели во дворе.
- Не дам, - ответил Даня.
- А что так? Друзьям не доверяешь?
- Какие вы мне друзья?
Не так давно Даня начал им отвечать. Несмело, тихо, но начал.
- Будто у тебя есть другие! - ответила Юля, - Ладно, иди. Мамочка с папочкой тебя уже потеряли, наверное. Как же они допустили, что ты так поздно домой без няни возвращаешься? Не волнуются? В шестой класс ходишь, а боишься без разрешения даже в магазин сходить. Конечно, какие уж тут друзья.
Юля поймала минуту славы, купаясь в одобрительных взглядах друзей. Припечатала она Даню, так ему и надо.
Но внезапно он взял и ответил:
- У меня, по крайней мере, есть родители, которые за меня переживают, а вашим на вас наплевать. Скоро попрошайничать будете.
Смело, но недальновидно.
Даню мгновенно схватили и, под белы рученьки, потащили за дом, потом дальше и дальше, к лесополосе, застроенной заброшенными гаражами и полуразрушенными домами. Никто из домашних детей там не гулял. Даже взрослые опасались туда ходить. Но подросткам-беспризорникам все по плечу.
- Отпустите! Нет! Не надо! - вырывался Даня. На его беду, никто из знакомых по пути не встретился.
Они доволокли его до кирпичного дома, запихнули в хорошо знакомый подвал, задвинули дверь железным листом и еще палкой подперли. Даня колотил с той стороны, но даже вблизи его было почти не слышно.
- Не жестко мы с ним? - спросила Лиза. Ее настиг страх последствий. На бабушку и так направлен цепкий взгляд опеки, а, если Лизу в чем-то подобном уличать, то ее точно в детский дом заберут
- Что мы ему сделали? - возмутился Максим, - Посидит и подумай, что можно говорить, а что - нет.
Разошлись сразу, не дожидаясь ночи.
Юля сварила макароны, привезенные тетей Сашей, заклеила подошву у сапога, ведь покупка новых еще не скоро, и хотела поваляться, но не могла расслабиться - ее мысли вновь и вновь возвращались к Дане. Как он там? Ему, наверное, очень страшно. А вдруг там бродят преступники?
Мобильных телефонов тогда было мало, у Дани он все же имелся, но ребята отобрали и спрятали по пути. Позвонить он не сможет.
Выбегая из квартиры, Юля боролась с чувством, что она предает друзей, но не могла отделаться от мысли, что они перешли черту. А во дворе уже толпились люди, и даже милиция приехала.
Прорываясь через кусты, поцарапавшись, несколько раз упав, она добралась до того подвала.
- Прости нас, - сказала Юля.
Даня, сидевший на полу под столом, даже не взглянул на нее - бросился к двери.
Конечно, он все рассказал.
Милиция во главе с Даниным отцом повели Юлю к ней домой, не поверив, что там никого нет.
- Убедились? - спросила она.
- Ребенок не может оставаться один
Все переключились с ее проступка на ее родителей. Где они? Когда вернутся? Давно ли ушли? Юле терять было нечего - она признавалась во всем, о чем ее спрашивали.
- Тогда ты поедешь с нами.
- Мне уже все равно.
Она копалась в своих чувствах и понимала - ей действительно все равно. Могла бы сидеть тихо, не отсвечивать, и жила бы спокойно, никто отсутствием ее родителей не интересовался. Она сама подставилась. Но, тем не менее, ее это уже не пугало.
Отец Дани, Игнат, смотрел на нее с жалостью, когда ей разрешили собраться.
Вскоре, конечно, разыскали ее родителей, отчитали их, продержали Юлю месяц среди сирот и, опять не вдаваясь в детали, отправили домой, где ей всыпали по первое число.
- Ты понимаешь, как могла нас подставить?? - кричал отец.
Нет.
Надолго это не подействовало. Всего через три месяца, когда все утряслось, родители укатили к друзьям снова - и Юля осталась один на один с собой, только пригрозили перед отъездом, что в этот раз, если она во что-то вляпается, то точно останется в детском доме.
Так и вышло.
Родители не вернулись. Катер, на котором они катались, перевернулся, выплыть в темноте ни у кого не получилось.
Юля официально стала сиротой.
Только теперь ее называли домашней девочкой, смеялись, запихивали в кладовки, и она прочувствовала все то, через что прошел когда-то Даня. Неприятно.
Ничего хорошего от жизни Юля уже не ждала, когда к ней начали приходить Данины родители. Она не могла понять, как они ее за все простили, поэтому старалась с ними не разговаривать, но они приходили и приходили.
Пока однажды не спросили:
- Ты бы хотела жить с нами?
Пончик с лимоном
Канал в Дзене