Суматик
-------------
Серёжка переехал в этот старый одесский дворик в конце лета перед тем, как пойти в школу. В тесном прямоугольнике дома был небольшой двор, где соседские мальчишки и девчонки играли в свои игры. Серёжка постепенно влился в их дворовую кампанию. Так же шалил, играл в салочки, ножики, классики. Но самой любимой игрой всех пацанов был конечно же футбол.
Чаще всего они играли два на два: Серёжка с Вовкой и Вадька с Игорёхой. Поставив ворота, они с детской энергией гоняли мяч по двору, отбирали его у соперников и сразу же начинали водиться, крича друг другу "Дай пас! Пас на меня!", а выйдя на ворота, роль которых играли два ящика, в падении били по мячу, отправляя его в цель. Ведь именно так забивались голы, которые они видели в телевизоре, где взрослые дядьки, падая, посылали мяч мимо вратаря в сетку.
В первый раз, когда Серёжка в падении послал мяч в ворота и он гулко ударился об стенку под окном соседской квартиры, пацаны замерли, словно ожидая каких-то неприятностей. Он схватил отскочивший мяч и побежал с ним к центру.
"Один - ноль!" - звонко выкрикнул он, но мальчишки как-то странно на него взглянули.
- Тише, не ори!
- А что, разве нельзя? Мы ж гол забили!
- Тихо, Серёга, а то Суматик выскочит, ругаться начнёт.
Так Серёжка впервые услышал про их старого соседа по дому, контуженного на войне человека, которого они считали сумасшедшим и прозвали Суматиком.
Каждый раз, когда, по его мнению, дети во дворе громко шумели, он выскакивал на крыльцо и, размахивая палкой, кричал им вслед что-то нечленораздельное. Иногда эта палка летела в кого-то, кто оказывался ближе всех к соседскому крыльцу.
- Атас, пацаны! Суматик! - И пацаны разбегались в разные стороны., а им в спины летели неразборчивые ругательства - у Суматика явно были проблемы с речью.
Прошло несколько лет, Дети все так же шумели во дворе, играя в футбол, Суматик все так же ругался и кричал на них. Но с каждым разом ему было все труднее и труднее выскакивать на крыльцо. Суматик дряхлел и терял силы. Иногда жена выводила его под руку на улицу, сажала на скамейку, где он грелся в лучах одесского солнца. В эти моменты его морщинистое лицо теряло свой привычный облик, становилось более мягким и умиротворенным, что ли. Он сидел, щурясь на солнце и даже детские крики не раздражали его как раньше. Школяры, видя тихого Суматика, начинали разговаривать вполголоса, на всякий случай стараясь держаться от него подальше.
Наступила очередная годовщина Победы. В этот день солнце пригревало как-то по-особому, по-праздничному. Распахнулась дверь, и старый сосед вышел сам на улицу, тяжело опираясь на палку. Рядом, приотстав на шаг, шла его супруга, готовая в любой момент подхватить старика под руку. Он медленно опустился на скамейку, всё так же подставив лицо солнечным лучам.
Тринадцатилетний Серёжка смотрел на соседа и не узнавал. Тот был в старом, но аккуратно выглаженном костюме, на лацкане пиджака которого висела одна-единственная медаль "За отвагу".
"Вот так Суматик" - Серёжка в восхищении смотрел на старика. Настоящую боевую награду вот так, "живьём" он видел в первый раз. - "Он же герой! Такие медали за "просто так" не давали"
А на следующий день у соседской двери мальчишка увидел карету "Скорой помощи", в которую санитары осторожно грузили носилки. Старик лежал, устремив глаза в высокую синь южного неба. Губы его шевелились.
Через некоторое время, возвращаясь из школы, Серёжка перед домом встретил соседку, жену Суматика, которая несла в обеих руках тяжёлые сетчатые сумки-авоськи. Неожиданно для себя он подошел к ней и, поздоровавшись, сказал:
- Баб Фая. Давайте я помогу Вам донести авоськи до дома!
- Подсоби, внучек. Спасибо тебе, - Серёжка взялся покрепче за ручки и вместе с бабой Фаей впервые вошел в комнату Суматика.
Поставив на пол сумку, он огляделся. На стене висела фотография улыбающегося молодого парня в форме красноармейца. Но если присмотреться, то в глазах улыбки не было. А только какой-то немного растерянный, напряженный взгляд, обращённый внутрь себя, как будто солдат что-то пытался вспомнить, что никак не хотело вспоминаться.
На спинке стула висел пиджак с медалью. Сережка, чуть помедлив, подошел к стулу и осторожно потрогал тяжёлый серый металл, вглядываясь в изображение танка и самолётов, вчитываясь в лаконичную надпись красными буквами "За отвагу" и "СССР".
Баба Фая тихонько подошла к Серёжке:
- Это его единственная награда за войну - помолчав, она добавила - Хотя... За что он её получил, так лучше бы и не было такого... Пойдём за стол, чаем напою.
Разлив по кружкам крепкий обжигающий чай и поставив на стол тарелку с сушками, баба Фая села напротив...
- Вот вы считаете его сумасшедшим. Да и не только вы. Все соседи. Даже кличку придумали - Суматик. Он не сумасшедший. Он контуженный. Хотя, если подумать, то он вполне мог сойти с ума после пережитого. - баба Фая отхлебнула глоток и продолжила:
- Мой Яша попал на фронт практически сразу после начала войны, в августе сорок первого. Молодой, зелёный. Ничего не знающий, не умеющий, не обстрелянный. Но с верой в то, что Красная армия всех сильней, что воевать мы будем на вражеской территории и что победа будет достигнута в ближайшее время.
Только вот реальность оказалась куда страшнее. Враг рвался к Москве и их пехотную часть бросили на оборону столицы.
В первом же бою моего мужа ранило в ногу и контузило. Оглохшего от взрывов, ослабевшего от потери крови его взяли в плен и отправили в лагерь Дулаг под Вязьмой.
Он не любил рассказывать о концлагере и своем пребывании там. Рассказал только, что смог бежать из эшелона, который вёз военнопленных в Германию, попал к партизанам, но через месяц все-таки решил добираться к своим и снова воевать в рядах Действующей армии.
А вот добравшись до полка, он попал в поле зрения органов госбезопасности, как солдат, побывавший в плену. Его отправили в сборно-пересыльный пункт, а потом обратно на передовую. "Искупать вину кровью".
И вот во время одного из боев на Харьковском направлении он увидел, что его командира, лейтенанта тяжело ранило. Санитаров поблизости не было, ведь шел бой. Яшенька как смог перевязал лейтенанта и потащил его, истекающего кровью, в тыл. Взрывом от упавшего рядом немецкого снаряда его контузило еще сильнее, чем в первый раз. Хорошо, хоть их с лейтенантом довольно быстро нашли и обоих доставили в медсанбат. На этом война для моего Яшеньки фактически закончилась.
Он менял госпиталь за госпиталем, рвался обратно на фронт, но последствия тяжёлой контузии не отпускали его. Была нарушена речь, его преследовали сильнейшие головные боли.
В итоге вместо фронта его направили домой в Одессу, которую только-только освободили от оккупации.
И вот с сорок четвертого года мы и живём здесь. Знал бы ты, Серёжка, какие кошмары его преследуют до сих пор, как он вскакивает по ночам в атаку, как сжимает подушку, воображая, что это автомат. И боль. Головная боль, от которой никакое лекарство не спасает. А нормальная речь так к нему и не вернулась.
- Баб Фая, а как же Вы его понимаете?
- Да вот приноровилась к нему, к его речи за столько-то лет. А если он говорит то, что я никак не могу понять, то берёт Яшенька тетрадку и пишет мне, что хотел сказать.
- А медаль? Медаль ему за что дали?
- Медаль, говоришь? Это уже после войны. Вызвали его в горисполком и в числе других ветеранов вручили награду. Сказали только, что наградной лист был подписан еще в сорок втором. Наверное, за лейтенанта, которого вытащил из-под огня.
Вот так, Сергуня - баба Фая ласково потрепала его по волосам. - Ладно, беги домой, а то бабушка Женя тебя поди обыскалась. Да и мне пора к Яшеньке в больницу, проведать хочу, да супчику куриного принести. Любит он его очень.
Выйдя из квартиры на свежий воздух, Серёжка на минуту остановился. В голове царил сумбур. Суматик. Сумасшедший, как они все считали, старик, оказывается, был героем войны. Прошел плен, был ранен, контужен, долгое время провел в госпиталях. И медаль. Медаль "За отвагу". Единственная награда защитнику Родины.
А на самом деле дед Яша не сумасшедший. Он настоящий герой, простой и незаметный.
Больше Серёжка деда Яшу Суматиком никогда не звал.
Рудольф, Вот тебе современный анекдот. В бар заходят:хохол, еврей и нацист. Бармен говорит - Здравствуйте господин зеленский!
Рудольф, Это не анекдот, это жалкий тупой высер долб@ёба


Современный российский анек Вы, конечно, знаете. Старик спрашивает у внука: - Что там, о чём говорят? - С украинцами воюем, дедушка. - А против кого мы с украинцами воюем?
Нужно такие рассказы ребятам в школе читать, чтоб добрее была, толерантнее.